«Спасибо за службу» вместо квартиры: У тувинских пенсионеров отобрали жильё

В то время, когда по всей России бунтуют против пенсионной реформы, и даже школьники по свистку лидеров внесистемной оппозиции уже сейчас начали переживать о том, что не доживут до пенсий, в городке Кызыл пенсии местным пожарным дали. Дали не только потому, что город Кызыл - урожденный Белоцарск, столица целой республики Тува (или как модно говорить с начала эпохи парада суверенитетов - Тыва).

Под действие грядущей пенсионной реформы огнеборцы попасть не успели, а двадцать с лишним лет службы на столь ответственном и опасном направлении вполне дает право на заслуженный отдых. И, по идее, еще и право на собственное жилье от благодарных государства и общества. Во всяком случае, именно так раньше и было. А сейчас родное Управление МЧС по Республике Тыва сказало пожарным: съезжайте с казенных квартир куда хотите, хоть на улицу, хоть в степь, мы там поселим новых сотрудников. И спасибо за службу.

Но куда съезжать пожарным? За все годы борьбы с огнем, спасая жизни и имущество сограждан, они, по сути, работали если не за копейки, то за довольно скромное денежное вознаграждение. Фирмы в офшорах не регистрировали, бюджет не пилили, советское наследство не распродавали с молотка, капиталы за рубеж не выводили. А потому на собственное жилье себе не заработали.

Нет, конечно, по закону им полагается Единовременная социальная выплата на покупку жилья (ЕВС), но когда новоявленные пенсионеры поинтересовались о ней у начальства, услышали ответ в духе известного выражения, имеющего чуть ли не оттенок сакральности: «Денег нет, но вы держитесь». Но это легко сказать - держитесь, когда перспектива в одночасье превратиться в бомжа более чем реальна.

Когда в декабре 2009 года нас заселяли в служебные дома, то говорили, что, мол, можете жить пока здесь, а лет через десять-пятнадцать приватизировать эти квартиры, - рассказал Царьграду один из пострадавших, подполковник внутренней службы в отставке Алексей Попов. - Но совсем недавно мы узнали, что делать этого нельзя, потому что жилье еще в апреле 2010 года было отнесено к специализированному жилищному фонду решением Агентства по управлению федеральным имуществом. Правда, в известность об этом нас никто тогда не поставил, равно как и не сказал, какие последствия будут от этого решения. Пока служили, было все нормально, никто никого не выселял...

Кызыл. Фото: SergejStep / Shutterstock.com

Проблемы начались, когда в 2016 году вышел на пенсию коллега Попова - его хороший товарищ Александр Кыныра, отработавший в системе четверть века. Едва тому стоило уволиться, как против него сразу же возбудили исковое производство о принудительном выселении из занимаемого жилого помещения. Причем родное Управление МЧС возбудило, словно тот не ветеран службы, а жулик какой-то.

В 2017 году из органов внутренней службы уволился и я, и в отношении меня тоже возбудили исковое производство, - вспоминает Алексей Попов. - Мы уже три инстанции прошли: городской суд, апелляционный, кассационный даже не стал принимать мою жалобу к рассмотрению, потому что не нашел достаточных оснований для пересмотра судебных решений. Потому на днях нам пришло решение судебного пристава с требованием освободить служебные помещения. Обидно, досадно, не ожидали мы, что такая ситуация может сложиться, надеялись, что государство повернется к людям лицом. У меня выслуга - 22 года 10 месяцев. У товарища моего выслуга – двадцать пять лет. Моему старшему сыну 19 лет, обучается за пределами республики, я плачу за его обучение, потому что нам, как иногородним, не предоставили бюджетного места. А младший сын пошел в девятый класс, живет с нами. У Александра Кыныры, который имеет на руках решение суда, а также апелляционной инстанции, оставившей в силе решение городского суда, старший сын - в одиннадцатом классе, средней девочке одиннадцать лет, и младшей - восемь-девять месяцев. Но даже с грудным ребенком на руках «приговор» один - на выселение.

Подобная участь грозила еще двум семьям пожарных, но их кормильцам после выхода на пенсию удалось перейти на работу в родное управление на гражданские должности. Само собой, с понижением статуса и зарплаты. Но тем не менее, благодаря этому процесс выселения отложили. На какое-то время.

Фото: www.globallookpress.com

Попов обратился в городской суд с заявлением о рассрочке по выполнению судебного решения, надеясь, что его, жену и детей пока все-таки не выселят из казенного, но вроде бы родного дома. Свою семью и себя он защищает сам, поскольку денег на адвокатов у него банально нет - еще и за учебу сына надо платить, который, кстати, как отец, тоже хочет быть пожарным. Но в Туве на пожарных не учат, а в соседнем регионе, как мы уже говорили выше, с «иностранцев», то есть приехавших из других субъектов федерации, дерут по полной, будто они не соотечественники, а действительно иностранцы. И будто бы мальчик решил посвятить свою жизнь не благородному и опасному делу борьбы с огнем, а учится на наперсточника, чтобы впоследствии обманывать честных граждан.

Попов писал в Москву - в центральный аппарат МЧС, ему ответили, что понимают его беду, но ничем помочь не могут. Обращался к местному уполномоченному по правам человека, тот тоже все понял, записал особенности дела. Да и всё на этом.

От выселения этих людей уже ничего не спасет, к служебному жилью они не имеют никакого отношения, - прокомментировала ситуацию Царьграду юрист Сталина Гуревич. - По окончании трудовых отношений служебное жилье возвращается, с этим ничего не сделать, таково действующее законодательство. Но если они являются нуждающимися и малообеспеченными, то их обязаны поставить в очередь на получение жилья. И если им негде жить, то вместе с постановкой на очередь им должны предоставить временное жилье из государственного фонда. Что же касается компенсации, то если ее им не дают, то они должны требовать ее в судебном порядке.

Фото: www.globallookpress.com

По словам Гуревич, если пожарное ведомство республики отбрыкивается от бывших подчиненных формулировкой «нет денег», то по суду у него должны арестовать имущество, то же казенное жилье. После чего выставить оное на торги, и реализовывать в соответствии с действующим законодательством об исполнительном производстве.

«Ответственность за такое отношение чиновников к закону нужно нормально в законодательстве прописать, - уверена Гуревич. - Подобных ситуаций много, по всей России. Проблема не в том, что законы плохие, а в том, что существующие законы не очень хорошо исполняются, и ответственные лица не несут ответственности за ненадлежащее исполнение законодательства».

Пока же чиновники на местах, похоже, не чувствуют никакой ответственности за то, что пожарные и их семьи выбрасываются на улицу. И ситуация складывается не то чтобы некрасивая, а просто отвратительная: люди, двадцать с лишним лет рисковавшие собой, спасавшие других людей, неожиданно оказались незащищенными и никому не нужными.