Войти в Россию и объединиться с братьями
Вчерашнее заявление главы Южно-Осетинской Республики Анатолия Бибилова о предстоящем в республике референдуме по вхождению её в состав России и объединении с республикой Северная Осетия – Алания способно существенно повлиять на всю геополитическую ситуацию на Кавказе. А кроме того, ставит ряд чисто технических вопросов по проведению такой давно ожидаемой интеграции. Ситуацию для "Первого русского" комментирует кавказовед, кандидат политических наук Артур Атаев.
Первое, что хочется отметить, – что Южная Осетия уже де-факто давно вошла в Россию. Там действует денежная единица рубль, это рублёвая зона. Товары там преимущественно российские. Фактически, наверное, процентов 99. Кроме того, имеется реальное транспортное сообщение только с Россией. Объясняется это тем, что жёсткий политический режим Грузии, остающийся русофобским по своей сути, не приемлет реальное взаимодействие с Южной Осетией ни в каком объёме. А поскольку граничит Южная Осетия только с Россией и Грузией, то можно сказать, что де-факто она уже в составе России. Да и интеграция в политическую систему тоже произошла на довольном серьёзном уровне уже давно.
Что же касается недавнего заявления президента Южной Осетии Анатолия Бибилова о том, что Осетия стремится стать частью Русского мира, а Северная и Южная Осетия должны объединиться в составе России, так, наверное, это его как минимум 70-е заявление по данному поводу. Потому что он же возглавляет ещё основную политическую силу республики – партию "Единая Осетия". А в рамках деятельности этой партии была разработана специальная программа "Пять шагов в Россию".
Вот сейчас в Южной Осетии идут президентские дебаты, начались дебаты кандидатов в президенты. А Бибилов является одним из основных кандидатов в президенты республики. И уже третий день дебатов показывает, что именно эта программа, "Пять шагов в Россию", никуда не делась. Хочется отметить, что комплиментарно к идее вхождения в Россию относится не только население Южной Осетии (а там два референдума уже было, и сейчас, после выборов президента, предстоит третий), но и, в принципе, население региона уже понимает, что это состоявшийся и необходимый шаг. Или, точнее, несостоявшийся, но необходимый шаг.
Что касается заявлений Грузии и её возможной реакции, то она, безусловно, будет жёсткой. Но, собственно, ничего другого и ожидать не следовало. Есть и определённые трудности, конечно. В частности, с так называемым Ленингорским районом, который преимущество населён грузинами и к тому же примыкает к территории Грузии. Этот вопрос нужно будет решать политическому руководству Южной Осетии. Взаимодействовать с населением, объяснять. Но, как я думаю, это тоже проблема вполне решаемая.
Теперь скажу об объединении Северной и Южной Осетии. Это логично, хотя и проблематично. Потому что, помимо референдума в Южной Осетии, нужен будет и референдум в отдельном субъекте России – Северной Осетии – Алании. Я думаю, что наиболее приемлемым будет поэтапный план интеграции в Россию. Сначала – в качестве самостоятельного субъекта, а потом уже, когда Южная Осетия станет полноправным субъектом России, можно проводить референдум об объединении и в Северной Осетии. Сейчас в Северной Осетии идея объединения тоже популярна у значительной части населения, но референдума-то там не было. А по Конституции для изменения административных границ между субъектами – необходимость для этого должна быть обусловлена результатами референдумов.
Поэтому сейчас это пока пожелание президента Анатолия Ильича Бибилова. Но окончательное решение вопроса, как мы понимаем, не в компетенции властей Южной Осетии. Это уже исключительная компетенция властей России.